Институт наследия и современного общества РГГУ подготовил доклад о применении искусственного интеллекта образовательными и научными организациями в России. Он основан на стратегической сессии института, которая проводилась в апреле 2026 года, и на открытых источниках.

В работе изучаются риски интеграции нейросетей в практику российских школ, вузов и научных организаций. Авторы также предлагают в докладе контуры нормативной базы и этические стандарты для безопасного использования технологии в образовательной среде.

Ключевые выводы:

• одной из ключевых проблем внедрения ИИ называется отсутствие специального регулирования в образовании. Так, в законе «Об образовании в Российской Федерации» не содержится ни одного упоминания искусственного интеллекта. Поэтому школы и вузы вынуждены самостоятельно определять политику, что, по мнению авторов, приводит к разрозненным практикам;
• новые ФГОС и требования к ИИ-грамотности обозначены в проекте приказа Минпросвещения России, который должен вступить в силу с 1 сентября 2027 года. В нем впервые на уровне стандарта закреплены требования, связанные с ИИ. Таким образом, школы получат право и обязанность учить работе с ИИ, но реальная кадровая, методическая и технологическая готовность отстает, говорится в докладе;
• в 2025–2026 учебном году в федеральный перечень учебников включили первую линейку учебных изданий по ИИ для 5–9 классов. Для старшей школы издательство «Просвещение» выпустило пособие «Искусственный интеллект». Реакция педагогического сообщества на учебники неоднозначна: с одной стороны — появился системный и одобренный государством курс, с другой — существует риск появления не только у обучающихся, но и у педагогов «технологического оптимизма», который может затмить вопросы критического мышления и этики. Кроме того, учебники фокусируются исключительно на восходящих методах ИИ (нейросети), практически не затрагивая нисходящие подходы (экспертные системы, онтологии);
• в 2023–2024 учебном году в Москве проводили ИИ-проект по поддержке обучающихся с низкими образовательными результатами. 27% и 21 тыс. учеников смогли улучшить свои показатели благодаря ИИ. Однако, как отмечали участники стратегической сессии, школьники быстро начинают понимать, что ИИ-систему можно обмануть, и вместо того, чтобы разбираться в материале, они просто копируют ответы или используют сторонние ГенИИ-сервисы;
• среди когнитивных рисков применения ИИ школьниками называются ослабление памяти, критического мышления и читательской грамотности;
• учителя, освоившие ИИ-инструменты, отмечают значительное сокращение времени на рутинные задачи: подготовку планов уроков, генерацию разноуровневых заданий, проверку текстов, составление презентаций. Кроме того, ИИ позволяет реализовать персонализацию обучения;
• к специфике внедрения ИИ в российских школах авторы относят масштаб и скорость цифровизации (школы за 5–7 лет получили большой объем цифрового оборудования), ориентацию на технологический суверенитет и дефицит педагогического дизайна;
• как считают авторы, система высшего образования столкнулась с фундаментальным вызовом: традиционные формы контроля знаний, такие как рефераты, эссе и курсовые, полностью потеряли смысл. Они больше не верифицируют знания студента и превратились в проверку умения имитировать учебную деятельность с помощью нейросетей;
• спектр подходов к ИИ в вузах широк: от полного запрета до практически полной свободы;
• традиционное критическое мышление в академической среде было ориентировано на анализ готового текста. В эпоху ИИ этого недостаточно, считают авторы. По их мнению, критическое мышление должно сместиться с анализа продукта на анализ процесса его создания;
• в докладе предлагается системная перестройка образовательной парадигмы в вузах для работы с ИИ. Она среди прочего включает переход от трансляции знаний к формированию метакогнитивных навыков, а также от проверки продукта к оценке процесса, интеграцию в учебные планы курсов по ИИ-грамотности и этике ИИ;
• наука только начинает входить в фазу острого кризиса из-за ИИ, говорится в материале. Он включает три измерения: эпистемологическое (галлюцинации ИИ), этическое (вопросы авторства, плагиата, прозрачности) и институциональное (коммерциализация публикаций, манипуляции с детекторами ИИ);
• авторы отмечают угрозу самореферентности генеративных агентов, когда один агент помогает соискателю написать обзор, затем сходный по типу агент помогает редакции предварительно оценить статью, после этого третий помогает рецензенту оформить отзыв. Научная коммуникация в такой системе замыкается в машинный круг;
• в докладе выделяются пять групп сквозных рисков для образования и науки: когнитивные и антропологические, правовые и регуляторные, идеологические и ценностные, институциональные и управленческие, технологические и эпистемологические;
• как считают авторы, система образования оказалась административно и структурно не готова к интеграции ИИ. Культура внедрения остается низкой: часто оно сводится к покупке коробочных решений без перестройки педагогического процесса. В докладе отмечается, что, несмотря на применение ИИ, реальной трансформации образовательного процесса не происходит.

Расскажите знакомым: